 |
||||||||||||||||||||
Супраментальные Предвестники Рождение Шри Ауробиндо1872
• «Физически, его рождение будет иметь вечное значение для мира. • Ментально, его рождение оставит о себе вечную память в истории. • Психически, это рождение, которое повторяется вечно на земле. • Духовно, это рождение Вечного на земле.» Детство Шри Ауробиндо1972 - 1978
Рождение Матери1878
Шри Ауробиндо в Манчестере1879 - 1884
Детство Матери1879 - 1884
Но иногда:
Инкарнированные Двойные Силы
И внешнее развитие Матери шло в направлении поиска «структуры таинства незримой»:
МатьПариж: 1885 - 1892
Шри АуробиндоЛондон: 1885 - 1890
Шри АуробиндоКембридж: 1890 - 1892Однако, финансовые трудности не помешали Шри Ауробиндо блестяще сдать выпускной экзамен в школе Св. Павла в декабре 1889 года. Сразу после этого он сдаёт экзамены в Кингс Колледж в Кембридже. Он блестяще отвечает на экзаменах, что обеспечивает ему стипендию, 80 фунтов в год. Проверяя его экзамен, Оскар Браунинг заметил: «Я думаю, вы знаете о том, что вы успешно сдали необыкновенно сложный экзамен. В течении тринадцати лет я принимал экзамены, и никогда не видел таких безукоризненных ответов, как ваши.» Но, так как Др. Кришнадхан Гхош хотел, чтобы его сын сдал экзамены в Гражданскую Службу Индии и, таким образом, стал членом «рожденной небом» бюрократии Индии, Шри Ауробиндо, повинуясь желанию отца, поступил в класс Г.С.И., организованный школой Св. Павла. Он сдал вступительный экзамен в июле 1990 года, заняв одиннадцатое место, и получив блестящие отметки по греческому и по латыни. Это была двойная нагрузка для Шри Ауробиндо – занятия по классическим предметам в Кингс Колледже и посещение классов, чтобы сдать экзамен Г.С.И., где он находился в качестве стажера. Несмотря на эту необыкновенную нагрузку, Шри Ауцробиндо сдал в мае 1892 года первую часть классического тройного экзамена в первом классе Кингс Колледжа. В то же время, он выиграл приз Роли на конкурсе по греческому и другие призы в Кембридже. О его достижениях Джеймс Коттон, старший наставник, писал следующее: «То, что Арабиндо смог достичь всего этого... и в то же время выполнять свою Г.С.И работу, говорит о том, что он – человек необыкновенных способностей и возможностей. Кроме своих классических познаний, он обладал обширным знанием английской литературы, которое далеко превосходило уровень знаний студентов его курса, и, кроме того, он писал лучшим стилем, чем большинство молодых англичан...» Кроме его занятий в Кембридже по классическим предметам, Шри Ауробиндо должен был изучать все предметы по Г.С.И.: законодательство Индии и Великобритании, историю и географию Индии, политическую экономию, древние языки, и национальные языки Индии. Среди национальных языков он выбрал хинду и среди древних языков он выбрал санскрит. «Я изучал санскрит во время чтения истории Нала-Дамаянти из Махабхараты», - говорил Шри Ауробиндо. Мастер языков, Шри Ауробиндо использовал все свои возможности поэта, сочиняя стихотворения, которые были одухотворенными и утонченными произведениями истинной поэзии. «Необыкновенно восприимчивый к красоте во всех её проявлениях и интенсивности, он воспринимал истинную поэзию всей своей душой». Он сочинил ряд лирических поэм, балладу, пьесу в стихах и философский диалог под названием «Гармония Добродетели». Его лирика, позже опубликованная под названием «Песни к Миртилле и Другие Поэмы» были вдохновлены греческой Музой. Тема любви и смерти, которая была основной темой его эпической поэзии, занимает значительное место в юном сердце Шри Ауробиндо. Вот несколько строк из его поэмы «Ночь у Моря»:
Большинство стихотворений его юности было написано не только под влиянием английских романтических поэтов, таких как Шелли и Китс, но также и под влиянием викторианских поэтов. Если поэзия волновала его воображение, то дух национализма вдохновлял его сердце. Во время своего пребывания в Лондоне, он стал членом тайного общества с многозначительным названием «Лотос и Кинжал», в котором каждый член общества давал клятву посвятить свою жизнь освобождению Индии. Находясь в Кембридже, Шри Ауробиндо в течении определенного промежутка времени был секретарём индийского Меджлис (национального собрания), и произнёс несколько сильных речей, особенно об Индии. Эта деятельность, как он узнал позже, послужила одной из причин того, что он был исключен из Г.С.И. «То, что я не прошел экзамен по верховой езде было только предлогом, ибо другим стажерам была дана возможность пересдать этот экзамен после приезда в Индию», - объяснял Шри Ауробиндо. Фактически, сам Шри Ауробиндо не был заинтересован в службе на посту Г.С.И., так как он узнал, какого рода деятельность осуществлялась там, и его не вдохновляла административная должность. Он допускал, что: «Я не хотел работать в службе британского правительства, так как у меня было сильное предубеждение против англичан.»Так что, хотя он и сдал успешно первый и второй экзамен, так же как выпускной письменный экзамен, но «всё-таки он был дисквалифицирован за несдачу экзамена по верховой езде, без того, чтобы самому отказаться от службы...» Но была ещё одна, более глубокая причина, по которой Шри Ауробиндо отсутствовал на экзамене по верховой езде. Мотилал Рой писал в своей «Бенгальской Книге»: «Я описываю здесь то, что мне рассказал в 1913 году сам Шри Ауробиндо.» «Накануне экзамена я был погружен в себя. Затем, будучи в дремотном состоянии, я заснул, и мне приснилось два сна. В первом я встретился с Богиней судьбы Англии. Я должен был подойти к трону императора Индии, она (Богиня) приветствовала меня улыбкой и благосклонными словами. Но в следующий момент вдруг появился Саньясин с трезубцем в руках. Он дал мне индийскую мантру и разбудил меня. Его образ я сделал своим идеалом. На следующий день я не пошел на экзамен по верховой езде.» В любом случае, этот отказ изменил ход истории британской империи в Индии! Письмо об отказе было доставлено Шри Ауробиндо 7 декабря 1892 года. Это было ужасной новостью для Др. Кришнадхана Гхоша. Шри Ауробиндо писал: «Мой провал на экзамене верховой езды в Г.С.И. был огромным разочарованием для моего отца, ибо он устроил всё для меня с помощью г-на Генри Коттона… Это было крушением его надежд.» И это разочарование стало, поистине, смертельным ударом, когда к нему добавилось ужасное известие, которое пришло от Гриндлейс, его банкиров, о том, что «Ромэния», пароход, на котором Шри Ауробиндо должен был отбыть из Англии, затонул возле берегов Португалии, недалеко от Лиссабона. Эта новость была роковым известием и др. К. Гхош, который страдал слабым сердцем, умер в эту же ночь, повторяя имя своего любимого сына: «Ауро», «Ауро», также как царь Дасарата умер, повторяя имя своего сына: «Рама», «Рама»! Шри Ауробиндо вернулся в Индию на другом корабле, который назывался «Карфаген». Он покинул Королевские Доки Лондона около 9 утра 12 января 1893 года. «Странно, как иногда складываются обстоятельства, - писал Шри Ауробиндо, - когда я не сдал экзамен верховой езды и искал для себя работу, Махараджа Бароды как раз находился в Лондоне... Я не совсем помню... Я думаю, что я обратился к нему с просьбой предоставить мне должность ещё в Англии... Он сказал, что может предложить мне жалованье в 200 рупий.» Шри Ауробиндо отплыл домой – ему предначертано было судьбой «освободить Мать Индию и с её помощью освободить весь мир.» Стоя на палубе «Карфагена», Шри Ауробиндо смотрел в последний раз на страну, где он провёл годы своей юности. Он говорил Англии «Прощай».
Шри Ауробиндо было не трудно оставить Англию. Он не испытывал никакой сентиментальной привязанности к Англии или людям, населявшим её. Она дала ему лучшее, что было в её поэзии и литературе, а также в интеллектуальной мысли и ничего более. На внутреннем уровне жизнь в Англии принесла ему два небольших опыта. Когда Шри Ауробиндо было 12 лет, нечто пришло к нему, и он почувствовал, что должен отказаться от эгоизма, и он пытался сделать это по мере своих возможностей. Каким бы небольшим не казался этот опыт, он был «чем-то вроде поворота в моей внутренней жизни», - говорил Шри Ауробиндо. Следующим опытом была идея, которая пришла к нему во время чтения перевода Веданты М. Мюллером, это была идея Атмана, и он подумал, что это нечто истинное, что необходимо познать. Это случилось с ним незадолго до того, как он покинул Англию. «Это был скорее ментальный, чем духовный опыт Атмана», - объяснял Шри Ауробиндо. «Я чувствовал, что только Единый является истинным; в определенном смысле, это был опыт в духе Шанкары. Он длился совсем недолго.» Кроме этих двух небольших эпизодов, внутренняя или духовная жизнь Шри Ауробиндо не была отмечена глубокими духовными переживаниями во время его пребывания в Англии. Таким образом, он оставил Англию без сожаления или привязанности. «Если и была привязанность к европейской земле, как второй родине, - писал Шри Ауробиндо позже, - это была интеллектуальная и эмоциональная привязанность к земле, с которой ничего не связывало меня в этой жизни, привязанность не к Англии, а к Франции. К Франции, где в это время подрастала Мать, в которой –
Шри АуробиндоБарода: 1893 - 1905Как только Шри Ауробиндо ступил на индийскую землю на пристани в Бомбее, он «был поднят на волне спонтанной духовной милости: «Обширный покой сошёл на него... этот покой окружил его и оставался с ним многие месяцы». Мать Индия встретила своего сына после долгого отсутствия 6 февраля 1893 года. Шри Ауробиндо действительно вернулся на родину для того, чтобы освободить её из цепей рабства иностранного господства. Тогда «Солнце судьбы Индии сможет взойти и переполнить Индию светом, который затем распространится по всему миру». В Бароде Шри Ауробиндо поступил на службу в Государственный Совет, где пробыл 13 лет, оставив службу 18 июня 1906 года. Вначале он работал в отделе инспекции; затем, он перешел в налоговое управление. С 1897 года он работает по совместительству лектором в Колледже Бароды, преподавая французский язык, а позже, в 1900 году он назначен на постоянную должность профессора английского языка. В марте 1905 он получает повышение и становится проректором колледжа с окладом 710 рупий в месяц. Будучи профессором английского языка, Шри Ауробиндо пользовался глубоким уважением своих студентов. Они чувствовали, что «Находиться рядом с ним означало находиться в тишине и, слушая его, быть вдохновленным и окрыленным». (Ришабчант, 23) Один из его студентов вспоминал: «Легендарный Шри Ауробиндо наполнял меня почтением, и с благоговением я внимал его словам, когда слушал его лекции по английскому». «Но с большим удовольствием мы слушали его речи», - вспоминает один из его студентов, - «на собраниях коллежского общества дебатов. Огромный актовый зал колледжа был переполнен, когда он должен был выступать. Он был не просто докладчиком, но необыкновенно одаренным оратором... его речь текла плавно, он произносил слова с необыкновенной легкостью и чарующей грацией, и это совершенно покоряло его слушателей.» Темой одного из его выступлений на общем собрании колледжа в 1899 году было «Оксфорд и Кембридж». Это даёт нам представление о тематике его выступлений во время пребывания в бародском колледже. После того, как Шри Ауробиндо перечислил исключительные привилегии студентов Оксфорда и Кембриджа, он заключил свою речь следующими словами: «В результате обучения в Оксфорде или Кембридже студент становился мужем и джентльменом, привыкшим размышлять о великих событиях, с воспитанием и эрудицией, которые позволяли ему быть частью образованного общества... Это то глубокое влияние, которое необходимо внедрить в нашем колледже и университетах Индии, для того, чтобы образование несло в себе также и общественное влияние, даже в том случае, если оно чисто академическое по природе своей, чтобы дать ощущение нашим студентам, что они принадлежат обществу, и дети одной матери...» Не только студенты были вдохновлены его доброжелательной и благосклонной личностью, но и его коллеги, и даже сам директор колледжа Бароды были тронуты его величием... Директор однажды сказал одному из своих друзей: «Вы видели Ауробиндо Гхоша. Заметили ли вы его глаза? В них сияет мистическое пламя и свет. Они пронизывают взглядом запредельный мир.» В течение первого года пребывания в Индии, Шри Ауробиндо также открыл секрет непреходящего величия Индии. Используя свою стремительную способность постигать даже самые сложные древние языки, Шри Ауробиндо прочитал на Санскрите Упанишады, Гиту, Пураны, великие эпические произведения, поэмы Бхаратари, драмы Калидасы и Бхавабхути и т.д. Зная родные языки Марати, Гуджарати, Бенгали и Хинду, он легко мог отождествить себя с современными взглядами индийской мысли. Как будто, открывая душу Индии, он открывал свои собственные внутренние тайны. Общение с сокровищницами индийского духа освободило в нём тайный источник литературной деятельности. Переводы и оригинальные творения последовали одно за другим. Шри Ауробиндо перевёл отрывки из Рамаяны и Махабхараты, отдельные драмы Калидасы и несколько поэм Видьяпати и Чандидас на английский язык. Среди его собственных поэм были Урваси, Баджи Прабху, Любовь и Смерть и Персей Освободитель. И самый первый набросок его великой поэмы Савитри был сделан в первые годы пребывания в Бароде. Кроме этой поэтической и литературной творческой деятельности и службы в колледже Бароды, Шри Ауробиндо иногда выполнял работу для самого Махараджи. Наиболее памятным и значительным инцидентом, связанным с Махараджей было его путешествие в Кашмир в мае 1903 года. Там Шри Ауробиндо пережил свой третий духовный опыт, который пришел к нему также спонтанно, как и два предыдущих. «Это была реализация пустоты Беспредельного, во время прогулки по гребню горы Такт-э-Сулейман в Кашмире», - писал Шри Ауробиндо. Позднее, он описал свой опыт: «Я стоял на гребне горы и чувствовал ментальным видением обширную, распространяющуюся повсюду безымянную Бесконечность в Природе; внезапно на меня нахлынуло откровение Духа, в котором разум потерял себя, это было первым приходом Беспредельности. Или стоя перед храмом Кали, рядом со священной рекой, вы видите изваяние, изящное творение архитектуры, которое внезапно и неожиданно становится Присутствием, силой, ликом, что смотрит вам в лицо, и внутренними глазами вы узнаёте в нём Божественную Мать» (SABCL, vol. 22, p.199) Храм Кали возле священной реки – это храм Махакали на северном берегу реки Нармада возле Каранали. В поэме «Каменная Богиня», написанной несколько лет спустя, Шри Ауробиндо так описал свой опыт:
Намного раньше, в 1894 году Шри Ауробиндо пережил свой второй духовный опыт, который посетил его также неожиданно, как и первый. Однажды, когда Шри Ауробиндо ехал в коляске, он внезапно оказался на грани несчастного случая. В этот миг он увидел «могучую главу» -
Все эти четыре опыта «были внутренними духовными опытами, которые пришли ко мне спонтанно, с внезапной неожиданностью, не являясь частью Садханы.» (SABCL, 26, 50) Несмотря на то, что эти опыты были откровениями, они не способствовали его обращению на путь Йоги. Но это и было жизнью Шри Ауробиндо, в которой внутреннее и внешнее постоянно соседствовали друг с другом. По его словам: «Моя жизнь и Йога всегда были, с тех пор, как я прибыл в Индию, частью этого мира и мира иного, не исключая одна другую. Все человеческие интересы, наверное, принадлежат этому миру, и, большинство из них, стали частью моего ментального существования, а некоторые, такие как политика, частью моей жизни...» Политика не была лишена для него духовного патриотизма; ибо служение своей стране было для него служением Божественной Матери. Вот, что он писал своей жене Мриналини Дэви, старшей дочери Бхупала Чандра Бозэ, которая стала его супругой в апреле 1901 года: «Другие люди видят свою страну, как собрание многочисленных полей, равнин, лесов, гор и рек и ничем иным. Я вижу в своей стране свою мать, поклоняюсь ей и благоговею перед ней». Он поклонялся Индии, исходя не из обычного чувства патриотизма, но зная, что: «Бог всегда оставляет себе избранную страну, в которой присутствует высшее знание, ведёт её через все опасности и беды, постоянно сохраняя её, и, в настоящее время, по меньшей мере, в чатуриюге, этой страной является Индия.» Такова была пламенная интенсивность его любви и преданности, пророческий пыл, с которым Шри Ауробиндо устремился в движение за национальную независимость, и его целью было сделать Индию совершенно независимой. «Я знаю, что я в силах освободить эту павшую нацию», - писал Шри Ауробиндо своей жене, - «Я имею в виду не физическую силу, я не собираюсь сражаться с мечом или пистолетом в руках, но силу знания... И это не новая идея и не новое ощущение во мне, ибо я родился с этим, это суть моей природы. Поэтому, я знаю, что Бог послал меня на землю для того, чтобы осуществить эту задачу.» «Политическая деятельность Шри Ауробиндо имела три направления. Прежде всего, это была деятельность, с которой он начал, тайная революционная пропаганда и организация, целью которой была подготовка вооруженного восстания.» (SABCL, 26, 21) Для того, чтобы воплотить этот план, Шри Ауробиндо послал молодого бенгальского солдата из Бароды в качестве своего посла в Бенгалию: «нашей целью было установление тайной революционной пропаганды и набор добровольцев по всей Бенгалии.» Революционная пропаганда должна была распространиться через центры, которые должны были быть установлены в каждом городе и посёлке, общества молодых людей должны были стать частью организации, прикрывая свою деятельность культурными, интеллектуальными или этическими предлогами... молодые люди проходили курс обучения верховой езды, физическую подготовку и атлетические виды деятельности, которые оказались бы полезными в случае военных действий. Как только это движение распространилось по всей стране, оно получило необыкновенно быстрое развитие. Существующие группировки молодых людей, уже настроенных революционно, стали частью освободительного движения. Тем временем, Шри Ауробиндо становится членом тайного общества в западной Индии для того, чтобы обеспечить поддержку своим планам в Бенгалии. Следующим направлением политической деятельности Шри Ауробиндо было начать «общественную пропаганду, с целью склонить всю нацию к идеалу независимости, которая считалась большинством в то время, когда он начал заниматься политикой, непрактичной и невозможной химерой». (SABCL 26, 21) Общественная деятельность Шри Ауробиндо началась с публикации нескольких статей в газете «Инду Пракаш» под заголовком «Новые лампы вместо Старых». Девять статей, опубликованных в этой серии в течении 6 месяцев с момента его прибытия в Бароду, «страстно опровергли новый закон конгресса для петиции и протеста, и призывали к динамическому руководству, основанному на собственных силах и бесстрашии. Но этот откровенный и неопровержимый критицизм был остановлен лидером консерваторов, который пригрозил издателю и, таким образом, предотвратил полное развитие его идей в газете; так что редактор должен был вернуться назад к повседневным темам... В конце концов, Шри Ауробиндо прекратил всю подобную деятельность и работал только конспиративно вплоть до 1905 года.» (SABCL 26, 25) Время ещё не пришло для общественной пропаганды в начале 1893 года. Поэтому, Шри Ауробиндо сконцентрировался на «планомерном прогрессе в мире тайной революционной деятельности» и, в то же самое время, взял на себя задачу отбора пылких приверженцев революционного идеала, для того, чтобы подготовить их для будущих времен в качестве руководителей, которые будут идти в авангарде освободительного движения. Именно с таким намерением он встретился в 1902 году на очередном заседании конгресса в Ахмедабаде с Локаманьей Тилаком. Тилак был подходящей кандидатурой для «возможного руководства революционной партией». Шри Ауробиндо также посетил Бомбейский и Бенареский Конгресс в 1904 и 1905 году с целью свести вместе несколько руководителей, которые были готовы бороться за совершенное освобождение Индии. Для того, чтобы поддержать идеал полной независимости, Шри Ауробиндо написал две брошюры, «Не идти на компромисс» и «Бхавани Мандир». Опубликованные как раз перед Разделом Бенгалии в 1905 году, эти брошюры стали «политическими и духовными бомбами», которые стали нескончаемым кошмаром для высших британских чинов в Бенгалии, в то же время, являясь источниками могучего вдохновения для постоянно расширяющейся общественной пропаганды. Пока Шри Ауробиндо находился на службе в Бароде, он не мог посвятить себя политике открыто. Поэтому, он воспользовался в феврале 1906 года правом ухода со своего поста, после чего отбыл в Бенгалию. Там он участвовал в образовании Национального Совета Образования Бенгалии. И уже на следующий день, 12 марта 1906 года он берёт на себя, по предложению своего брата Барина, обязанности редактора бенгальского еженедельника Югантар. И уже с первых статей еженедельника он провозглашает «открытый протест и полный отказ от сотрудничества с британскими властями» и включает в него серию статей с инструкциями для партизанской войны. (SABCL 26, 24) С огнём национализма, пылающим в его душе, он отправился на Баризарскую региональную конференцию в апреле 1906 года, которая «подлила масла» в его внутренний огонь. Немилосердная жестокость полиции, целью которой было подавить возрождающийся дух национализма и воспламеняющий эффект «Bande Mataram», вызвало острую необходимость политического вмешательства. Затем Шри Ауробиндо отправился в поездку по восточной Бенгалии в сопровождении Бипина Пала, целью которой было изучить обстановку для внедрения его революционного плана и общей политической атмосферы Бенгалии. Повсеместный протест против раздела Бенгалии и контакт с местными рабочими убедили его, что пришло время для решительных действий. Шри Ауробиндо вернулся в Бароду в июне 1906 года, но уже через две недели, взяв отпуск за свой счёт на один год, отправился обратно в Калькутту. Мать Индия призвала его в Бенгалию, ибо Бенгалия нуждалась в нём. Зов пришел в форме приглашения возглавить новый Бенгальский Национальный Колледж в Калькутте. Его не интересовало, что зарплата на должности директора была всего 75 рупий в месяц, позднее возросшая до 150 рупий, что было гораздо меньше его зарплаты в 750 рупий на посту в Бароде. 15 августа 1906 года он стал первым директором Бенгальского Национального Колледжа. «Предварительная стадия многогранной интенсивной подготовки завершена, и новое время глубокой динамичной духовной садханы и вдохновенной и творческой политической деятельности открылось перед ним. И эта двойственная деятельность, внутренняя и внешняя, стала основой судьбы Индии». (Rishabhchand, p. 154) «Я не собираюсь сражаться с кинжалом или пистолетом в руках – но силой знания. Эта сила не ограничивается доблестью Кшатрия (воина), но включает также и пылающую силу Брамина, основой которой является знание», - писал Шри Ауробиндо своей жене Мриналини Дэви. Первоначально, у него не было особенной веры в эту иную «силу». «Он следил за хаосом политической силы в Бенгалии с разочарованием и печалью, и, практически в одиночку, начал организовывать этот хаос. Прежде всего, он сгруппировал вместе людей и организации, которые разделяли идеал национальной независимости. Хотя, он и начал эту работу в начале своего приезда в Индию, но окончательная организация была сформирована только в 1902 году. Глубоко поглощенный этой работой, Шри Ауробиндо отказался от всех идей, которые имели отношение к йоге, ибо его идея о йоге была связана с уходом от мира высоко в горы». «Я не был готов к этому пути», - говорил Шри Ауробиндо, - «ибо моим единственным интересом была работа по освобождению моей страны.» В то же самое время, он в первый раз осознал, что его работа для освобождения Индии несла в себе иные измерения, чем просто политические, и эту задачу нельзя было осуществить только с помощью человеческих усилий. Необходима была высшая сила знания для воплощения колоссальной задачи, которая стояла перед ним. Он чувствовал, что великие пророки этого мира не могли преследовать пустую химеру, и, если на самом деле есть такая сила, почему бы не использовать её для освобождения Индии. (MC 5, 149) «Поэтому, в 1904 году, «Он начал самостоятельно практиковать йогу, не имея Гуру, получая указания от своего друга, который был учеником Брахмананды Ганага Мас. Вначале, это представляло собой интенсивную практику пранаямы (в течение 6 часов и более в день). Практика йоги не мешала его занятиям политикой; ибо, начав йогу, он занимался одновременно и тем и другим, не находя противоречия между ними. Однако, он хотел найти Гуру. В ходе своих поисков он встретил йога Нага Санньяси, но не принял его в качестве Гуру, хотя он и послужил для Шри Ауробиндо доказательством силы Йоги, когда он вылечил его брата Барина от тяжелого приступа лихорадки повторением безмолвной мантры над стаканом воды. Когда Барин выпил воду, он полностью излечился» (SABCL, 26, 50-51) Шри Ауробиндо так верил в силу Йоги, что хотел обрести её, но не для собственного спасения или приобретения силы, а для духовной силы, которая поможет ему исполнить свою миссию. Он страстно молился: «Если ты есть, то ты знаешь, что в сердце моём. Ты знаешь, что я не прошу того, что обычно просят другие. Я только хочу обрести силу, которая поднимет эту нацию, я прошу тебя только позволить мне жить и работать для моего народа, потому, что я люблю его и молю тебя только об одном, позволить мне посвятить ему всю свою жизнь.» Мать: Париж 1893-1905
Подготовка внешних инструментов Шри Ауробиндо завершилась, в то время, как у Матери она только началась. Школьное сочинение «Будущий Путь», которое Мать написала в 1893 году, когда ей исполнилось 15 лет, говорит о том серьезном отношении, с каким Мать занималась живописью и рисунком в Академии Жулиан в Париже. Она была настолько поглощена своей работой, что одноклассники прозвали её сфинксом. Подобно сфинксу, она помогала не только своим друзьям, но также и преподавательнице, которую несправедливо уволил директор школы. Когда, однажды мать выбранила её за чрезмерную серьезность, Мать ответила, что она должна «нести на себе ношу печалей целого мира». В другой раз, мать обвинила её в том, что она не следовала её наставлениям. Мать ответила, что «ни одна земная сила не может требовать её послушания». (Nilima, vol.1, 27-28) По мере того, как она росла и становилась молодой женщиной -
Её идея Божественного сформировалась, когда ей не было ещё и двадцати. Мать рассказывала: «В возрасте между девятнадцатью и двадцатью годами я обрела сознательный и постоянный союз с божественным присутствием и... я сделала это сама, без чьей-либо помощи, даже без книг...» Но, даже чувство Беспредельного не отдалило её от земного. Она продолжала свою учебу и стала за это время настоящим художником, тогда же она познакомилась с Анри Морриссэ, учеником художника Густава Моро, за которого она вышла замуж в 1897 году. На следующий год у них родился сын Андре.
Мать воспитала своего сына в духе высших идеалов, кроме того, она никогда не обращалась к доктору, когда маленький Андре болел. В том же году, она встретилась с индусом, который дал ей книгу «Бхагават Гита» и сказал: «Читай Гиту и воспринимай Кришну, как символ имманентного Бога, внутреннего божества, … Бога, который пребывает внутри тебя». И за один месяц Мать смогла «погрузиться внутрь и найти в себе Божественное, Бога внутри». (MCW, Vol.6, p.298) Она избрала красоту путём к Божественному. Она жила среди истинных художников – они «были очень серьезными и писали чудесные живописи. Это было время Импрессионизма, время Монне, это было замечательное время...» И в самом деле, Париж тех времён был местом, где гениальные художники, которые впоследствии стали легендой, «Монне , Сислей, Писсаро, Морро, Матис, Дега, Ренуар – экспериментировали с бесконечным разнообразием форм и оттенков цвета...» Мать в то время была под сильным влиянием всей этой атмосферы. «В этот период моей жизни во мне происходило интенсивное витальное развитие, которое концентрировалось на изучении ощущений, наблюдении, технике живописи и т.п.», - писала Мать. Всё привлекало её внимание: «Я помню, как однажды, когда я шла по улице, у меня было что-то вроде откровения, так как женщина, которая шла передо мной, обладала поразительной походкой! Я смотрела на неё и, вдруг, увидела, откуда пришла вся древнегреческая культура: как все эти формы и скульптуры снизошли в мир, чтобы выразить красоту...» Подобно молодому Шри Ауробиндо, Мать в возрасте двадцати одного года постоянно страдала от нехватки денег. «Как художник, я должна была появляться в обществе, - рассказывала Мать, - у меня были кожаные ботинки, которые потрескались, и я должна была закрасить трещины краской! В таких условиях проходила моя жизнь: у меня почти не было денег... Однажды, в витрине магазина я увидела нижнюю юбку, которая одевалась под верхнее платье. Мне не было дела до этой юбки, всё это было для меня совершенно нематериально. Но, так как Природа сказала мне, что я всегда буду иметь всё, что мне необходимо, мне захотелось провести эксперимент. И когда я увидела в витрине модную нижнюю юбку с кружевами и лентами, я сказала: «Мне бы очень хотелось такую нижнюю юбку, чтобы носить её с моими платьями». Я получила пять! Все они пришли ко мне с разных сторон!» (MCW, Vol. 2, pp.118-119) У Матери сверхъестественное находилось в гармонии с обыкновенным. В том же 1898 году она с мужем делала настенные живописи в церкви святого Джеймса Компостеллы в городке По во Франции. Испанская легенда говорит о том, что св.Джеймс появился на белой лошади, окруженный золотым светом, почти как Калки, и уничтожил мавров. «Все убитые мавры должны были быть внизу живописи и я рисовала убитых и сражающихся мавров», - рассказывала Мать. (MCW, Vol.2, p.134) «Я всегда грезила о великой взаимной любви, которая была бы свободна от всех животных импульсов, это должно было быть нечто, что воплотило бы физически великую любовь, которая лежит у истока мироздания». Так говорит Художник в пьесе Матери «К Будущему». «Эта мечта была причиной моего замужества. Но это замужество не было особенно счастливым. Я очень любила, необыкновенно искренне, с необыкновенной интенсивностью, но моя любовь не нашла ответа, на который она надеялась», - позже писала Мать. Таким же был её опыт и в мире художников. Она жила рядом с выдающимися художниками, но для неё этого было недостаточно, так как она чувствовала в себе необходимость идти глубже и познать невидимое. «Во мне жило необыкновенно сильное желание знать, - говорила Мать, - я ничего не знала, кроме обычной жизни: поверхностное знание. Всё, что дано мне было, как учение, я постигла: я понимала не только то, чему учили меня, но также и то, чему учили моего брата – высшую математику и всё остальное! Я училась и училась – но это было ничто. Всё это ничего не объясняло мне, не говорило мне ни о чём.» (MCW, Vol.3, pp.173-174) Оккультизм был ответом на её желание знать. Мать начала практиковать оккультизм, когда ей было 12 лет. Истинный оккультизм – это «открытие тайных истин и сил, силы-разума и жизненной силы, наряду с более высокими силами тайного духа.» (SABCL, Vol.19, p.877) «Когда я начала изучать оккультизм, - говорит Мать, - я поняла, что... между тонким физическим и материальным витальным сознанием во мне совсем небольшая часть была развита в недостаточной степени, чтобы служить звеном между двумя сознаниями... Я начала работать над ней. Прошло четыре месяца без какого-либо результата... Я уехала из Парижа,... чтобы побыть у друзей в пригороде, где у них был сад... я лежала на траве... и вдруг, вся жизнь этой Природы, вся жизнь этой части между тонким физическим и материальным витальным... всё стало сразу, внезапно... совершенно живым, интенсивным, сознательным, чудесным...» (MCW, Vol.9, pp.58-63) Частью оккультной дисциплины, которую Мать начала практиковать Было то, что она записывала все свои оккультные опыты во сне. «Вначале, у меня ничего не получалось, но по прошествии 14 месяцев я могла проследить, начиная с конца, все движения, все сны, вплоть до начала ночи...» (MCW, 62) Одним из таких снов-видений, был сон про Шри Ауробиндо: «Я видела Шри Ауробиндо в этих видениях, точно таким, каким он был в реальной жизни, но более величественным. Это был тот же человек, которого я увидела при первой встрече: худой, с кожей золотистого оттенка, ясным профилем, длинными волосами и бородой, одетого в дхоти, край которого был переброшен через плечо, с обнаженными руками и частью туловища... Я видела его... это был совершенно конкретный духовный опыт, в котором я видела обстоятельства встречи и обоюдное предчувствие той работы, которую предстоит совершить... У меня было чувство, что этот сон – предвестник реальных событий, встречи, которая нам предстоит. (MCW, Vol.2, pp.181-182) Но она должна была совершить работу в оккультных мирах, прежде чем начать работу со Шри Ауробиндо. Продолжая совершенствовать свои оккультные навыки, Мать стала посещать парижской филиал «Космической Группы». С группой её познакомил друг её брата Матео. Она была основана польским оккультистом Максом Теоном и его женой Альмой. Вскоре она приняла участие в редактировании философского журнала группы «Космическое Обозрение». «Космическая Группа сыграла интересную роль в моей жизни, - объясняла Мать, - я была совершенно против «Бога». Европейская концепция Бога полностью отталкивала меня.» (MCW, Vol.3, p.27) «До 25 лет... Я не знала иного Бога, кроме Бога религий, Бога, каким его сделали люди, и я не хотела иметь с ним ничего общего» (Там же, р.15) «Моё возвращение к Божественному произошло благодаря Теону, когда мне было сказано «Божественное находится внутри тебя, здесь.» (Там же, р.15) «Следуя его наставлениям и ища внутри себя, за солнечным сплетением, я нашла. Я нашла его, и у меня был опыт... совершенно конкретный опыт.» (Там же, р.28) Это случилось осенью 1905 года, Теон и его жена приехали во Францию, и Мать встретилась с ними в первый раз. «Когда я увидела его, я почувствовала, что он обладает великой силой... Но я также поняла или, скорее, почувствовала, что Теон не тот, кого я встретила в видении, потому что, в нём была иная вибрация. Тем не менее, это он научил меня многим вещам, и я поехала в Тлемсен и работала там в течении двух лет». (Там же, рр.46-47) Прежде чем отправиться в Тлемсен, Мать организовала «Идею» - группу духовных искателей, которая собиралась в её доме на улице Лемерсье. «Мы встречались раз в неделю – несколько друзей, не более 3-х, 4-х человек, и обсуждали философию и духовные опыты.» (MCW, 321) Между девятнадцатью и двадцатью годами Мать обрела «сознательный и постоянный союз с божественным Присутствием». Читая «Раджа Йогу» Свами Вивекананды, она познакомилась с чудесами внутренней жизни; практикуя Гиту, она смогла найти имманентное божественное и к двадцати пяти годам она узнала внутреннего Бога. Она обрела внутренние таинства человека и собиралась покорять тонкие миры:
Мать оправилась открывать «Чреду царств» после «полной подготовки по самоочищению и расширению сознания». (MCW 8, 217) Шри Ауробиндо: Калькутта 1906-1909
«Приезд Шри Ауробиндо в Бенгалию ознаменовал собой поворотный момент в истории Индии. Впервые в истории политической борьбы за независимость страны, на арене появился человек, равного которому не было в верховном сознании, которое он нёс в себе, так как миссия его была предопределена Богом... Каждый человек чувствовал в душе своей, что наконец-то пришел тот, кто освободит Бенгалию и всю Индию», - заметил видный мыслитель Бенгалии. (M.C.5, 374-5) Как только он стал редактором ежедневного журнала «Банде Матарам», который стал публиковаться, начиная с августа 1906 года, «первым делом Шри Ауробиндо открыто объявил полную и абсолютную независимость целью политического движения в Индии, настаивая на этом на страницах своего журнала; он был первым политиком в Индии, который осмелился сделать это публично, и он сразу добился успеха. Его партия сразу же взяла своим девизом «Сварадж» (движение за независимость Индии), для того, чтобы выразить свой собственный идеал независимости, и вскоре, оно распространилось повсюду...» (SABCL 26, 29) Шри Ауробиндо провозгласил в «Банде Матарам»: «Мы совершенно уверены только в одном, и мы носим на себе спасательный пояс, который поднимет нас на волнах хаоса, который надвигается на нашу землю. Сильная и непоколебимая вера в нашу цель поднимает опять Индию из мертвых, сильное и непоколебимое намерение сражаться за возрождение её прошлой жизни и величия. Сварадж – это спасательный пояс, сварадж – это путеводная звезда, сварадж – это то, что ведёт нас к победе. Индия – это Гуру наций, целитель человеческой души и её самых глубоких недугов; ей суждено опять преобразить жизнь мира и восстановить человеческий дух. Но Сварадж – это необходимое условие её работы, и, перед тем, как она сможет выполнить свою миссию, она должна выполнить это условие.» (SABCL-1, 730-31) Шри Ауробиндо кинулся в гущу политической борьбы, ведомый не только патриотическим пылом, но и видением духовной миссии Индии и той неизбежной роли, которую она должна сыграть в возрождении человечества, более того, даже в эволюционном развитии к супраментальной трансформации. Он видел своим йогическим видением не только «намерение Бога, начертанное на пенных гребнях волн национальной революции», но он также дал нации программу для возрождения: «Работа национального освобождения является великой и святой yajna, частью которой является Бойкот, Свадеши (движение за бойкот английских товаров с целью поощрения развития отечественной промышленности) и национальное образование, наряду с любой другой деятельностью, большой и малой.» (SABCL 1, 122) Под его руководством была создана новая партия в Конгрессе, Национальная Партия, которая не только разработала программу деятельности, но также заставила лидеров партии Умеренных принять её на заседании Конгресса в 1906 году в Калькутте. Этим Шри Ауробиндо начал третий этап своей политической программы: «В третьих, должна быть организация людей, которые бы осуществляли объединенное противодействие и борьбу с иностранным господством путём возрастающего пассивного сопротивления.» Этой организацией людей была Национальная партия и «возрастающее пассивное сопротивление» было осуществлено Свадеши и Бойкотом. «Оба, Тилак и Шри Ауробиндо были за эффективный бойкот английский товаров. Они хотели, чтобы Бойкот был политическим оружием, а не просто дополнением к Свадеши... Неожиданный энтузиазм бойкотирования всех иностранных товаров распространился повсюду и стал необыкновенно популярным, так, что все остальные лидеры должны были подчиниться этому всеобщему движению и довольствоваться тем импульсом, который он дал Свадеши». (SABCL Vol.26, p.31) «Магазины иностранной одежды были ограждены пикетами протестующих, иностранные ткани сжигались на огромных кострах на базарах и перекрестках дорог. Священнослужители отказывались заключать брачные обряды, если жених или невеста были одеты в иностранные одежды.» (Dr.S.C. Bartarya, The Indian Nationalist Movement) Разочарованная и взволнованная англо-индийская газета в Калькутте «Англичанин» писала в то время: «Ни в коем случае нельзя соглашаться с Бойкотом, так как это разрушит связь Англии с Индией, скорее, чем вооруженная революция.» «Национальное образование было следующим пунктом программы, которому Шри Ауробиндо придавал необыкновенную важность. Ему была отвратительна английская система образования в школах, колледжах и университетах – система, с которой он был прекрасно знаком, как профессор бародского колледжа. Он чувствовал, что эта система связывает и обедняет стремительный и гибкий индийский интеллект, и, поэтому, учит его пагубным интеллектуальным наклонностям и портит ограниченной информацией и механическими инструкциями его самобытность и эффективность. (SABCL Vol.26, p.31) Государственные школы и колледжи бойкотировались, и новые учебные заведения были открыты с тем, чтобы давать образование, основанное на индийских ценностях и привить студентам любовь к Матери Индии. Бенгальский национальный колледж, открытый 14 августа 1906 года, ректором которого стал Шри Ауробиндо, появился благодаря этому движению. Движение Национального Образования «началось успешно, и в Бенгалии было открыто много национальных школ, учителями в которых стали одаренные люди, и, тем не менее, развитие этого движения было всё ещё недостаточным и финансовое состояние школ оставалось ненадежным. Шри Ауробиндо решил принять непосредственное участие в движении и посмотреть можно ли дать ему более широкое распространение и более прочную основу, но его отъезд из Бенгалии нарушил эти планы.» (SABCL Vol.26, p.32) «Банде Матарам» был совершенно уникальным по своему воздействию журналом в истории Индии, так как он изменял мировоззрение людей и готовил их к революции.» (SABCL 26, 30) Всё, о чём говорил Шри Ауробиндо на страницах журнала, постепенно становилось программой огромного, по своему размаху, политического переворота, который вёл Индию к обретению полной независимости, что не включало движение ненасилия, сторонником которого он никогда не был. Говоря о движении ненасилия, Шри Ауробиндо писал: «в некоторых кругах Индии существует мнение, что политическая позиция Шри Ауробиндо была полностью пацифистской. Были даже предположения, что она предшествовала доктрине Ахимсы. Это совершенно неверно. Шри Ауробиндо никогда не был ни бессильным моралистом, ни безвольным пацифистом.» «Политическая деятельность была сведена к пассивному сопротивлению, так как это была лучшая тактика для политического движения на этой стадии, но это не имело никакого отношения к движению ненасилия или идеалу пацифизма. Мир был частью высшего идеала, но он должен быть духовным или, по меньшей мере, психологическим в основе своей, и без изменения человеческой природы, это невозможно осуществить. Если попытаться установить мир, следуя моральному принципу Ахимсы, или любому другому, эта попытка будет бесполезной, но она может сделать всё ещё хуже, чем было раньше.» (SABCL Vol.26, p.22) «В течение своего недолгого существования журнал «Банде Матарам» осуществил огромную революцию в индийской политике, в мыслях и чувствах своих соотечественников... Шри Ауробиндо был истинным пророком и пионером Движения за Независимость в Индии. Пророк индийского национализма Шри Ауробиндо и голос пробужденной Индии «Банде Матарам» привлекли к себе внимание английского правительства, которое только искало повода, чтобы уничтожить их. 16 августа 1907 года Шри Ауробиндо получил ордер на арест и был обвинен в подстрекательстве к мятежу. Как только Шри Ауробиндо получил ордер, он пошел в полицию и сдал себя под арест. Но, так как не было доказательств того, что он был редактором «Банде Матарам», он был вскоре оправдан. Дело с «Банде Матарам» принесло Шри Ауробиндо широкую известность. И с тех пор, он открыто стал главой Национальной Партии, вел её и организовывал её стратегию и программу.» (SABCL Vol. 26, p.26) В тот день, когда Шри Ауробиндо был оправдан, Рабиндранат Тагор сочинил следующие строки, обращаясь к «Гласу Инкарнированной Души Индии»:
Когда было возбуждено дело против «Банде Матарам», Шри Ауробиндо оставил свой пост в Национальном Колледже «для того, чтобы не вовлекать колледж, но возобновил свои обязанности, когда он был оправдан.» (SABCL Vol.26, p.43)
Став официальным лидером Национализма в Бенгалии, Шри Ауробиндо открыто «вёл партию к сессии Бенгальской Политической Конференции в Миднапоре, где произошло яростное столкновение между двумя партиями», - партией Националистов и партией Умеренных. «В этот раз он впервые стал оратором на общественном выступлении, руководя большими собраниями в Сурате и председательствуя на конференции Националистов», состоявшейся 26 декабря 1907 года. Эта беспокойная конференция в Сурате, в результате которой Конгресс разделился, стала историческим событием. Именно Шри Ауробиндо дал указание националистам, которое привело к разделению Конгресса. Лояльность Национального Конгресса по отношению к британскому правлению после конференции в Сурате перестала быть абсолютной. С другой стороны, националисты перешли к тайной революционной деятельности, частью которой были террористические акты, так как в то время это было единственным средством в борьбе за независимость страны. Среди всех этих политических волнений, внутренняя работа Шри Ауробиндо зашла в тупик. «Я шел на ощупь, не совершая никакой Садханы, не делая никакого усилия, потому что, я не знал, что нужно делать, так как я испробовал всё и потерпел неудачу.» (SABCL Vol. 6, p.78) From “The Supramental Harbingers”
|
||||||||||||||||||||
Шри Ауробиндо родился в Калькутте без десяти пять утра, 15 августа 1872 года в семье доктора Кришны Дхана Гхоша, замечательного хирурга из Калькутты, и необыкновенно прекрасной женщины по имени Сварналата, которую называли Розой Рангпура. Шри Ауробиндо был в семье третьим сыном. Это было в четверг, в праздник Брихаспати, кто своим победоносным криком разгоняет все силы Ночи. Подобно ему Шри Ауробиндо явился, чтобы рассеять тьму в Человеке, и провозгласить приход Божественной Зари: 
